Меню

Главная

Записки постмодерниста

Война и мир Родителей

Корабли Черного моря

Рассказы о Одессе
Рассказы о Запорожье

Про проект / Контакт

 

 


Война и мир Родителей

История края и его обитателей.

Рассказы дяди Мити

Город Жданов (Мариуполь) для меня открылся вместе с моей учебой в мореходке.
Как оказалось там у нашей семьи были родственники. И не какие-нибудь - родная сестра маминой бабушки. Бабушка всю жизнь прожила в Тимошовке. Она и ее семья пережила Первую мировую, Революцию, Отечественную войну.
Суровое время жестко прокатилось по судьбе бабушки и ее семьи. Часть семьи - семья сестры бабушки - Люба, в начале тридцатых оказались в Мариуполе. Их выслали как "кулаков" и "сомнительное" прошлое главы семьи.
Дядя Митя - двоюродный брат моей мамы рассказал о своем отце ...

Наши в гуще исторических событий
Меснянкинъ Дмитрий Дмитриевич - брат бабушки Маришки.

В 1916 году его призвали в армию. Уже два года шла война. Дмитрий имел некую практику работ на механических мельницах семьи. Поэтому попал в Учебную команду Волынского лейб-гвардии полка. Сам полк всю войну провел на фронтах. А в декабре 1916 года был отозван в Петроград в связи с полковым праздником.
Тыловые части и учебная команда служила резервом для пополнения полка, несущего потери на фронтах.

25 февраля - учебную команду вывели на Николаевскую площадь для усмирения демонстраций рабочих и обывателей заполнивших Невский проспект. Море из людей. Кроме учебной команды, здесь были солдаты других подразделений и казаки. Солдаты не стреляли. Никто не стрелял. Толпы митинговали. Команду увели в казармы.
На следующий день повторилась то же самое.

27 февраля 1917
160 человек выстроились внутри казармы. Офицеров не было. Кадровые были на фронте. Те, кого присылали из гспиталей не торопились в казармы - время было смутное.

Перед строем стал взводный - унтер-офицер Кирпичников. Фактически два последних дня он командовал командой. Это он уводил ее с Николаевской площади.

Он выступал перед командой:
- Нас используют как жандармов против жителей. Им нечего есть уже который день. Лавки закрыты. Хлеба нет. И неизвестно когда будет. Вы должны решать с кем вы - с жандармом Лашкевичем, который убивает безоружных людей или с рабочими, которые хотят всего лишь хлеба.

Появился штабс-капитан Лашкевич. Он попытался что-то говорить, но поломанный строй команды, который уже превращался в толпу обступил его и спорящих офицеров. Не было никого, кто бы симпатизировал штабс-капитану.

Он выбежал из казармы, а вослед ему что-то кричал безумный Кирпичников и стрелял из револвера. Офицер не добежал до ворот, он был убит пулей в спину.

Солдаты выбегали на улицу и строились. Ворота части открылись и Кирпичников повел команду на Николаевскую площадь. На улицах бурлил народ. Мальчишки на заборе кричали: Ура! Волынцы с нами!".

Из соседних казарм выглядывали солдаты: "Что уже воюете?" - сами он еще не решались.
Команда построилась возле гостиницы "Северная". Кирпичеников напомнил:

- Слушать только меня. Никаких генералов, адмиралов. Только так...

К волынцам подбежал чужой солдат:

- Кто здесь Кирпичников? Их благородие требует его к себе. - Он указал на гостиницу.

Гостинца была фешенебельная и в ней останавливались только высопоставленные или состоятельные лица. В те дни там остановилось много высших офицеров.

- Стоять здесь и никаких действий без моего приказа. - Кирпичников скрылся в парадном подъезде гостиницы.

Все так же бурлил Невский и площадь Знаменская (названа в честь Знаменской церкви построенной здесь в 1804). Солдаты стояли, ждали. Через двадцать минут Кирпичников буквально вывалился из дверей гостиницы. Его лицо было окровавлено, сорваны петлицы, оборван хлястик. Вид истерзанный.

- Команда, - прохрипел он , - Винтовки на изготовки. По этому гадючьему гнезду ... Пли!

Нестройный треск выстрелов. Солдаты рассыпались перед зданием, охватывая его полукольцом. Зазвенели вылетающие стекла, осыпалась каменная крошка от побитых пулями стен. Стреляли бешено, будь-то единственной целью было как можно быстрее опорожнить магазины. Но сзади уже подтаскивали патронные ящики. Из гостиницы никто не стрелял. Потом солдаты ворвались внутрь. Бежали по мраморным лестницам. Врывались в номера и опять стреляли. Во всякого на ком видели золотые погоны.

Пространство наполнилось пылью продырявленых пулями стен, хрустом стекла разбитых плафонов и люстр, криками раненых. Через пол-часа стрелять было не в кого. Лишь во внутреннем дворе дрожали от страха извозчики, схоронившие здесь мало кому нужные в эти безумные дни бесконечных манифестаций, экипажи. Их заставили вывозить труппы побитых офицеров.

О том, что волынцы постреляли офицеров в гостинице "Северной", вмиг разлетелось по городу. Жардамское управление послало около четырехсот конных жандармов к Невскому. Приказало Преображенскому полку выставить заставы на мостах. Солдаты, возбужденные схваткой, уже шли через ликующую толпу обывателей к пересыльной тюрме.

Показались конные жандармы. Опять врассыпную попадали назем солдаты. Загремели выстрелы. Жандармы отвернули прочь и скрылись в блежайшем переулке. Горбатый мостик через один из каналов. Только сунулись на него - застрочил пулемет. Кирпичников одел на штык белую тряпицу. Начал махать.

- Я пойду, поговорю. Ведь свои. Должны понять.

И точно. Через некоторое время солдаты беспрепятственно перешли через мостик.
Пересыльная тюрма. Огромные ворота закрыты. Бесполезно стреляют солдаты - тюрьма молчала, но и ворот не открывала. Вдруг откуда-то грузовик. Из кабины вылез генерал - золотые позументы, белая борода.

- Ба, братцы! Тюрьму берете? Революция это хорошо. Тут в переулках солдаты полковника Кутепова. Я покажу как их обезвредить.

Генералу не поверили. Его связали, накидали за шиворот камней и потащили к Неве. Он утонул. Автомобиль использовали чтобы протаранить ворота. Лишь с третьего раза полуоглушенный шофер завалил ворота внутрь. Солдаты ворвались во двор. Тюрма гудела. Заключенные слышали и знали что творилось снаружи. Камеры открывали и выпускали всех заключенных.

Команда волынского полка оставалась в тюрьме до самого вечера. В следующие дни они занимались патрулированием улиц, разоружением полицейских участков.

После февраля 1917 Волынский полк - единственный из лейб-гвардейских, не был расформирован Временным правительством. После Октября был расформирован.

Дед, после расформирования полка, уехал к себе под Александровск.
В марте 1918 года был на сборном пункте в Мелитополе. Отпустили на три месяца. Через три месяца появились казачьи разьезды белой гвардии, поднявшие восстание в немецких колониях Малороссии....

Жизнь страны и ее жителей круто менялась...

..............................................................................................................................................................................

Кутепов

Кутепов. Ноябрь 1917. на Дону.
Воспоминания:

... Однажды ко мне в штаб явился молодой офицер, который весьма развязно сообщил мне, что приехал в Добровольческую армию сражаться с большевиками "за свободу народа", которую большевики попирают. Я спросил его, где он был до сих пор и что делал, офицер рассказал мне, что был одним из первых "борцов за свободу народа" и что в Петрограде он принимал деятельное участие в революции, выступив одним из первых против старого режима. Когда офицер хотел уйти, я приказал ему остаться и, вызвав дежурного офицера, послал за нарядом. Молодой офицер заволновался, побледнел и стал спрашивать, почему я его задерживаю. Сейчас увидите, сказал я и, когда наряд пришел, приказал немедленно расстрелять этого "борца за свободу".

Кирпичников

Кутепов, Александр Павлович

  Кирпичников, Тимофей Иванович
............................................................................................................................................................................

Весь этот рассказ я услышал, общаясь с дядей Митей в Жданове в 1976 году. Видел и держал в руках отличительный знак, врученный солдатам учебной команды Волынского полка Временным правительством.